«Могильщики СССР»: как теневая экономика стала причиной распада страны Советов

В наступающем декабре исполняется 29 лет с момента подписания Беловежских соглашений, поставивших крест на дальнейшем существовании Советского Союза. Наша страна перестала существовать. Рассуждать о том, плохо это или хорошо – занятие эмпирическое, в этом смысле толочь воду в ступе рентабельнее. Другое дело – ещё раз попытаться найти ответы на вечный вопрос: кто виноват?

Представляется, что один из виновников – теневая экономика, параллельный мир, вбивший в гроб сильнейшего государства один из «несущих» конструкцию разрушения гвоздей.

Реставрация капитализма?

Считается, что теневая экономика в Советском союзе как явление, заслуживающее внимания (экспертов, обывателей и правоохранительных органов) возникло после смерти Сталина. А точнее – с приходом к власти Хрущёва и происшедшими в результате изменениями, в части отказа как от политических, так и экономических репрессий. Например, Мао Цзэдун в газете «Новый Китай» так отнёсся к новым веяниям в Стране Советов:

«К власти в СССР после 1953-го пришли националисты и карьеристы-взяточники. Покрываемые из Кремля. Когда придёт время, они сбросят маски, выбросят партбилеты и будут в открытую править своими уездами как феодалы и крепостники»… А член германской компартии Вилли Дикхут в серии своих статей, опубликованных в зарубежной коммунистической прессе, пытался доказать, что с приходом к власти Хрущева произошла реставрация капитализма в СССР. В эти же годы первый заместитель председателя Совета министров СССР Анастас Микоян определил чёрный рынок в СССР как «горсть некой грязной пены, выплывшей на поверхность нашего общества». В ответ Дикхуту, похоже.

Насчёт реставрации капитализма – немец, конечно, поторопился. Налог на яблоньку, околхозивание последней скотины в крестьянских дворах, кукурузный блицкриг, наконец – капитализмом здесь не пахнет.

blank

Однако «горсть некой грязной пены» достаточно быстро (за 10-20 лет с момента смерти Сталина) превратилась в весомый (и вполне успешный) сектор советской экономики. Известный экономист, публицист, доктор экономических наук Валентин Катасонов констатирует:

«К концу 70-х годов незаконное производство вина, пива и других спиртных напитков, а также спекулятивная перепродажа спиртных напитков, произведенных в «первой экономике», обеспечили доходы, равные 2,2 процента ВНП СССР.

К этому времени теневой рынок бензина достиг пика процветания: от 33 до 65 процентов покупок бензина в городских районах страны индивидуальными владельцами автомобилей приходилось на бензин, продаваемый водителями государственных предприятий и организаций (бензин продавался по цене ниже государственной).

В советских парикмахерских «левые» доходы превышали суммы, которые клиенты уплачивали через кассы. Работа на частных и приусадебных участках занимала почти треть всего рабочего времени в сельском хозяйстве. А это составляло почти 10 процентов всего рабочего времени в экономике СССР.

В 1970-е годы примерно четверть продукции сельского хозяйства производилась на личных участках, значительная её часть направлялась на колхозные рынки.

Около 30 процентов всех доходов городского населения к концу 70-х были получены за счёт различных видов частной деятельности – как законной, так и незаконной. Удельный вес лиц, занятых во «второй экономике», доходил до 10-12 процентов общей численности рабочей силы в СССР».

Это был настоящий рост

Доктор экономических наук, профессор Татьяна Корягина в своей работе «Теневая экономика СССР» приводит такие данные: годовая стоимость нелегально произведенных товаров и услуг в начале 1960-х годов составляла примерно 5 миллиардов рублей, а в конце 1980-х годов достигала уже 90 миллиардов рублей. Валовый национальный продукт (ВНП) СССР составлял в существовавших тогда ценах: в 1960 году – 195 миллиардов рублей, в 1990 году – 701 миллиард. Таким образом, экономика СССР за тридцатилетие выросла в 3,6 раза, а теневая экономика – в 14 раз. Если в 1960 году теневая экономика по отношению к официальному ВНП составляла 3,4 процента, то к 1988 году этот показатель вырос до 20 процентов.

blank

Число занятых в теневой экономике, по оценкам Татьяны Корягиной, в начале 1960-х годов составляло 6 миллионов человек, а в 1974 году их число возросло до 17-20 миллионов человек (6-7 процентов населения страны). В 1989 году в этом секторе экономики было занято уже 30 миллионов человек, или 12 процентов численности населения СССР. Почти половина всего работающего населения…

Вряд ли стоит спорить с тем, что столь бурное развитие теневой экономики было предопределено особыми свойствами экономической политики советского руководства. Требованиями идеологии, как их тогда понимали.

Никак без воровства

В маленьком ставропольском городе Невинномысске, расположенном на Кубани, ещё в позапрошлом веке силами местных энтузиастов была построена шерстомойная фабрика. Ставропольские и дагестанские степи столетиями выкармливали миллионные отары овец, шерсть нужно было где-то обрабатывать. А качеству обработки шерсти именно здесь способствовал особый состав воды, образованный слиянием двух горных рек – Зеленчука и Кубани.

К приходу Советской власти фабрика эта стала едва ли не единственным – и крупнейшим – средоточием перерабатывающей промышленности на Юге России. А её работники обратились к самому Ленину с просьбой присвоить фабрике его имя ещё при жизни вождя. Что и было осуществлено…

А через полвека поперёк русла Кубани ниже по течению от корпусов фабрики была установлена металлическая решётка. Ежедневно к этому месту съезжались десятки грузовиков, и молчаливые мужики набрасывали в кузова удержанные решёткой тюки мытой шерсти, выброшенные с фабрики её работниками. Кто говорил – четверть всей продукции фабрики таким образом уходила «налево», кто утверждал – чуть ли не половина…

В любом городе СССР такое было. Теневые производства, столь бурно, согласно Татьяне Корягиной, развивающиеся, требовали сырья. Добыть которое было возможно лишь столь же «теневым» способом.

Профессор Калифорнийского университета Грегори Гроссман (не путать с Гозманом!), по мнению большинства исследователей советской теневой экономики, положил начало систематическому изучению этой теме в своей статье «Вторая экономика» в СССР», опубликованной в 1977 году. Ясно, что в самом Советском Союзе такой публикации в те времена не могло быть по определению.

Так вот Гроссман писал:

«Крестьянин ворует фураж из колхоза с тем, чтобы кормить животных у себя на дворе. Рабочий ворует материалы и инструменты для своей собственной деятельности. Врачи воруют лекарства, водители – бензин. Общественные машины зачастую выполняют роль частного такси. К «чёрному рынку» направляются целые грузовики дефицитных товаров и материалов. С помощью государственных материалов и транспорта, зачастую, и в официальное рабочее время, строятся дачи или проводятся капитальные ремонты частных жилищ. За государственный счет идет поставка запчастей и ремонт частных машин и т.п.»

Никак без воровства.

Никак без коррупции

Коррупция в СССР – тоже часть теневой экономики. Её бытовые проявления – чаевые парикмахеру, «благодарность» врачу или секретарше – не поощрялись, но особо и не порицались.

Другое дело – развивающийся большой теневой бизнес. Разумеется, чиновник не мог спокойно смотреть на то, как рядом с ним богатеют другие люди (Не поднимается рука написать «советский чиновник», ибо нельзя написать «советская бледная спирохета» – эти родственные жизненные формы не имеют никаких идеологических, нравственных или иных особенностей, кроме паразитического свойства).

Посему чиновник постепенно взял под своё крыло большую часть теневой экономики СССР. Время от времени гремели всесоюзные процессы, даже с расстрелами – дело Елисеевского гастронома, например. Или так и не доведённое до конца «хлопковое» дело… Все эти громкие процессы как раз и можно назвать, пользуясь терминологией Микояна, «горстью пены». Процессы проводили, чтобы остальные боялись. И не рыпались. Нет, часть общества – в том числе выявлявшие и расследовавшие такие преступления правоохранители – может быть, и всерьёз полагали, что борются со злом под руководством государства и на благо государства. И государство в лице ответственных товарищей искренне желает покончить с перекосами социалистического развития страны.

Однако, если бы так, не имели бы мы сейчас среди большинства российских богатеев бывших партийных и комсомольских функционеров или их детишек.

Теневые лидеры и истинный могильщик

Генри Форд, Дик и Мак Макдоналды, в конце концов, Дюпоны с Ротшильдами – эти люди в Стране Советов сидели бы на нарах либо «заносили» чемоданами ответственному товарищу. Большинство советских «теневиков» именно заносили. И продолжали, боясь, работать и зарабатывать.

Есть целый пласт советских «бизнесменов», называемых в те времена «цеховиками», так и не доживших до смены экономического строя в нашей стране. Эти люди по праву заняли бы сейчас достойные места среди бизнес-элиты России. Однако они – лишь часть, малая часть теневой экономики Союза, не только не повлиявшие на его кончину, но и объективно отодвигавшие последний удар колокола по СССР.

Истинным могильщиком нашего государства, как это ни парадоксально, был тот, в чьи обязанности входило его оберегать. Чиновник – от промышленности, от сельского хозяйства, от торговли, от правоохранительных органов… Чиновник, убивший собственную среду обитания, подобно производящей этиловый спирт бактерии, гибнущей при предельной его концентрации. Только вот наш чиновник выжил и процветает.

Жив, курилка. Лишь отмейкапился

Больше тридцати лет мы живём в капиталистическом обществе. Исчезло ли с приходом капитализма это явление – теневая экономика?

Куда там. Не исчезла – лишилась лишь тех немногих положительных черт (смягчения дефицита, развития каких-никаких технологий, робкого сервиса), что были присущи ей в Советском Союзе.

blank

Экономист, заслуженный деятель науки РФ Вадим Радаев объясняет рост теневой экономики в России существованием некоторых «классических» причин. Вот эти причины.

  • Осложнение ситуации на рынке труда в условиях структурного и экономического кризиса, что порождает всплеск малого предпринимательства и самостоятельной занятости, становящихся питательной средой для теневых отношений.
  • Массовая иммиграция из стран «третьего мира», дополняемая вынужденной внутренней миграцией из депрессивных регионов и «горячих точек».
  • Характер государственного вмешательства в экономику. Доля экономики, уходящая «в тень», находится в прямой зависимости от трёх параметров – степени регулятивного вмешательства, уровня налогообложения и масштабов коррупции.
  • Открытие внешних рынков с последующим обострением конкурентной борьбы, побуждающим снижать издержки любыми, легальными и нелегальными способами.
  • Сдвиг в сфере трудовых отношений в сторону большей неформальности и гибкости как реакция на их чрезмерную регламентацию в предшествующие десятилетия.

По оценкам некоторых специалистов, размер теневой экономики в России составляет в последние годы порядка 30 процентов официального объёма ВВП. (Госкомстат РФ определяет величину теневой экономики в размере 15–20 процентов).

Таким образом, структуру современной российской теневой экономики представляют так:

  • «Подпольная» экономика – предпринимательская и иная экономическая деятельность, ориентированная на удовлетворение нормальных общественных потребностей, однако осуществляемая в неконтролируемых государством формах с целью извлечения неконтролируемого дохода и уклонения от налоговых и иных обязательных платежей (незаконное предпринимательство, уклонение граждан и организаций от уплаты налогов, уклонение от уплаты таможенных платежей, и т. д.).
  • Фиктивная (мошенническая) экономика – предпринимательская и иная экономическая деятельность, сопряженная с различного рода обманом, фальсификациями, мошенничеством (лжепредпринимательство, обман при получении кредитов и их использовании, фальсификация информации при эмиссии ценных бумаг, изготовление и сбыт поддельных денежных знаков, валюты, ценных бумаг, кредитных и расчетных карт, любых иных платежных документов, фиктивное банкротство и обман кредиторов, ложная реклама, и т. д.).
  • Криминальная («чёрная») экономика, ориентированная на удовлетворение деструктивных общественных потребностей (проституция, торговля детьми, похищение людей, наркобизнес и т.д.) или получение доходов от различных видов профессиональной преступной деятельности (скупка краденого, торговля золотом, и т. д.).

Теперь российская теневая экономика, по сути, лишь криминал. Где они, кажущиеся нынче безобидными, «цеховики»…

Изображения взяты из открытых источников