Верховный суд посчитал, что при необходимости двойную квартиру можно разделить обратно, и половину продать.

С 2016 года в России существует институт банкротства физических лиц. Должник, пройдя через эту процедуру, может избавиться от всех долгов, сохранив при этом за собой единственное жилье. Однако у кредиторов все чаще возникают вопросы касательно того, что именно можно считать единственным жильем. Например, недавно Верховный суд отказал кредиторам, которые просили продать дорогую квартиру должника и купить ему взамен более дешевую. Но новое решение высшей судебной инстанции показало, что здесь не все так просто.

В суд обратились кредиторы должника из Перми – Александра Поздеева. Его признали банкротом в 2018 году, и он пытается сохранить за собой право на свое жилье. Еще в 2006 году он купил две соседние квартиры и объединил их в единое помещение площадью в 688 квадратных метров с единым входом. Тем не менее, зарегистрированы они как 2 отдельных объекта недвижимости.

Спор связан с тем, что физически обе квартиры уже представляют собой единое целое. В первой инстанции (Арбитражный суд Пермского края) суд не дал квартирам иммунитет, но и не разрешил их продавать для погашения долгов – потому что нужно проработать вопрос предоставления нового жилья должнику. В кассационной инстанции суд вообще исключил квартиры из конкурсной массы, потому что на момент спора перепланировка квартир была согласована, а разделить их без капитального ремонта было нельзя.

В итоге кредитор (Росэксимбанк) добился, чтобы спор передали в коллегию Верховного суда по экономическим спорам. И Верховный суд признал – на данный момент в законе до сих пор не прописан порядок взыскания единственного жилья и критерии, по которым оно признается роскошным. Поэтому единственное жилье должно иметь иммунитет от взыскания, потому что иначе будут нарушены права должника.

Но в данном деле речь шла не о том, является ли квартира «роскошной» – а о том, были ли действия должника недобросовестными. Как считает кредитор, должник начал оформлять перепланировку уже после того, как финансовый управляющий обратился за взысканием одной из квартир.

Верховный суд решил, что в деле нужно разобраться более серьезно:

  • понять, было ли объединение квартир начато уже после начала дела по банкротству. Если так, то в действиях должника есть признаки недобросовестности. Если же перепланировку начали давно, а сейчас только идет ее согласование, то это скорее неосмотрительность;
  • разобраться, почему в единственном жилье уже много лет идет ремонт;
  • понять, можно ли будет разделить одну квартиру снова на две, и продать половину (и будет ли в этом экономическая выгода для кредитора).

Соответственно, после такого решения кредиторы смогут более уверенно бороться с недобросовестными должниками, которые пытаются сохранить свое дорогое недвижимое имущество под видом единственного жилья. А решение Верховного суда юристы называют взвешенным – судьи не стали решать судьбу квартиры, а постановили во всем разобраться.