Владельцев Соликамского магниевого завода лишили контроля над ним, но сохранили их право собственности на акции.

Неоднозначная ситуация произошла с крупнейшим производителем магния в России – Соликамским магниевым заводом в Пермском крае. Этот завод – единственный производитель редкоземельных металлов в России, а еще крупный производитель ниобия и магния. До 2014 года заводом владели структуры Сулеймана Керимова (оформленные на Кипре), а затем контрольный пакет был продан.

Покупателями выступили три кипрские компании – Slontecco, Volesko и Fullcircle, которым отошло 57,4% акций завода. Сделка прошла за счет кредита, который предоставила компания Prenston Enterprise Ltd, принадлежащая Петру Кондрашеву.

Спустя 2 года прошла очередная серия сделок – теперь проданные акции принадлежат трем физическим лицам: Петру Кондрашеву (24%), Тимуру Старостину (25%) и Сергею Кирпичеву (теперь имеет 15,45% акций). Однако тут в дело вмешалась Федеральная антимонопольная служба.

Дело в том, что ФАС считает Slontecco, Volesko, Fullcircle и Prenston связанными между собой компаниями, которые к тому же связаны с Петром Кондрашевым. При этом сами компании не отрицают, что на момент сделки действительно управлялись одной компанией World Corporate Directors, хоть это и было номинальное руководство. Более того, Fullcircle не входила в группу, а у оставшихся Slontecco и Volesko доля акций была меньше 50%.

Суть претензий ФАС заключается в том, что Соликамский магниевый завод – стратегическое предприятие, поэтому покупку контрольного пакета акций нужно согласовывать с правительственной комиссией. В данном случае сделку не согласовывали, хотя в целом было продано более 50% акций (и, как считает ФАС, одной группе компаний).

ФАС обратилась в суд, первая инстанция и апелляция признали сделки 2016 года недействительными. При этом применять двухстороннюю реституцию (возвращать акции бывшему владельцу) суд не стал – посчитав, что и они купили акции с нарушениями законодательства. А отменить сделку 2014 года невозможно, потому что обе компании, продавшие акции, сейчас ликвидированы.

В итоге суд принял решение лишить троих нынешних владельцев акций права голоса по ним – не лишая их права собственности на завод. Сложилась парадоксальная ситуация – владельцы не имеют права управлять заводом (принимать решения как акционеры), но владеют акциями и могут получать дивиденды по ним. По сути, считают юристы, акции завода «повисли в воздухе», и как разрешить эту ситуацию, пока неизвестно.

Тем временем, завод остается привлекательным активом – только за 9 месяцев прошлого года он заработал 6,1 миллиарда рублей выручки и более 353 миллионов рублей чистой прибыли.