Официальные лица говорят, что контрсанкции однозначно пошли на пользу российской экономике. Но так ли это на самом деле?

Уже прошло 5 лет с 6 августа 2014 года, когда указом президента России Владимира Путина был запрещен импорт определенных видов сельскохозяйственной продукции и сырья. После этого власти начали использовать новый способ борьбы с нарушениями – уничтожение продуктов.

Продуктовые контрсанкции были введены в ответ на запретительные меры со стороны США и стран Евросоюза по отношению к нескольким крупным российским компаниям. Правительство России запретило ввозить в страну сельскохозяйственную продукцию, произведенную в США, странах ЕС, Канаде, Австралии и Норвегии – в тех странах, которые поддержали санкции против России.

Председатель аграрного комитета Совета Федерации Алексей Майоров говорит, что контрсанкции сыграли позитивную роль, способствуя развитию российского аграрного производства.

В Минэкономразвития даже подсчитали, что за прошедшие 5 лет импорт продуктов питания сократился в натуральном выражении на 98,9% – то есть, почти полностью. Страны, против которых ввели контрсанкции, потеряли из-за этого рынок на 8,6 миллиарда долларов.

Политики хвастаются – в России начало возрождаться производство мясной продукции, сыров, риса, а также сельскохозяйственной техники и развитие инновационных технологий. Проблемы признают в развитии семеноводства, где пока еще преобладают иностранные поставщики, а выделенных 26 миллиардов рублей на развитие пока недостаточно.

Однако представители власти не упоминают, насколько выросли цены на продовольствие и как упало их качество за прошедшие 5 лет. Российские производители заняли освободившуюся рыночную нишу, но обеспечить приемлемое качество продукции не смогли.

Кроме того, не стоит забывать и о «сером» импорте – например, Белоруссия стала практически посредником между европейскими производителями продовольствия и Россией. Также до сих спорной считается практика уничтожения продуктов питания, когда десятки миллионов россиян живут за чертой бедности.