Три «расстрельных» списка: экстремисты, иноагенты и «нежелательные» организации

За последние несколько лет в России сформировалась определенная правовая база для привлечения к административной и уголовной ответственности тех, кого государство посчитает угрожающим для национальной безопасности. Разберемся, чем отличаются те, кто попал в списки экстремистов, иноагентов и участвовал в нежелательных организациях.

Подозреваемые в экстремизме

В чем подозреваются

По общепринятому понятию, экстремизм – это приверженность крайним взглядам и методам действий. В разных странах по соответствующим статьям судят за разные действия, как правило – за пропаганду неповиновения и терроризма, за призывы к насилию и свержению государственной власти и т.д. Другими словами, экстремизм – это все то, что может в конечном счете привести к более печальным последствиям вроде революции и свержения существующего строя.

Российское законодательство ориентировано на жесткое наказание тех, кого признают виновными в экстремистской деятельности. Например, закон «О противодействии экстремистской деятельности» раскрывает, что именно подпадает под это понятие – в частности, насильственное изменение основ конституционного строя, нарушение территориальной целостности, дискриминация граждан по ряду критериев, клевета на чиновников и многое другое. В том числе – организация такой деятельности и ее финансирование.

По факту наказание за экстремизм получают те, кто состоит в каких-то радикальных группировках, помогает им деньгами, распространяет запрещенную литературу, проводит несанкционированные митинги и собрания, и еще как-то подпадает под перечисленные в законе действия.

Кто туда входит

Под статьи, связанные с экстремизмом, попадают не так уж и мало россиян – в списке, который ведет Росфинмониторинг, почти 11 тысяч фамилий. Закон предполагает, что туда попадают те, кого обвиняют в экстремизме (то есть, в базу экстремистов вносят еще до приговора суда) или по кому суд вынес обвинительный приговор по ряду статьей Уголовного кодекса.

В списке экстремистов были самые разные люди – например, уже погибший в тюрьме праворадикал Максим Марцинкевич или участник захвата школы в Беслане Нурпаши Кулаев, или бывший директор библиотеки украинской литературы Наталья Шарина, «ловец покемонов» в храме Руслан Соколовский, публицист Андрей Пионтковский, пытавшаяся выехать в Сирию студентка Варвара Караулова.

Вообще, о составе списка экстремистов многое говорит статистика – более 30% осужденных по этой статье имеют высшее образование, почти все – граждане России, все совершали преступление в трезвом виде, и 80% привлекались к уголовной ответственности впервые в жизни.

Какие ограничения для них существуют

Самое главное, что грозит подозреваемым в экстремизме – это административная или уголовная ответственность. После либерализации законодательства в 2018 году некоторые деяния были декриминализованы, если совершаются впервые. Большая часть обвиняемых получили не реальные сроки, а более мягкие наказания вроде условного срока, штрафов или исправительных работ.

Но как только гражданина начинают подозревать в экстремизме, его включают в список террористов и экстремистов, который ведет Росфинмониторинг. Нахождение в списке сильно усложняет жизнь – такой человек может снять со своего счета максимум 10 тысяч рублей в месяц (на себя и на каждого члена семьи – если докажет, что деньги нужны), а многие работодатели просто опасаются принимать таких людей на работу. Ограничиваются и многие другие финансовые операции – даже почтовый перевод получить становится затруднительно.

А на днях в Госдуму внесли законопроект, который запрещает избираться в эту же Госдуму тем, кто причастен к работе экстремистских организаций или финансировал их. Как раз до этого экстремистской организацией признали Фонд по борьбе с коррупцией (также считается иностранным агентом), соответственно, сотни тысяч граждан, финансировавших ФБК, могут лишиться права выдвигать свою кандидатуру на выборах.

Иностранные агенты

В чем подозреваются

История с иностранными агентами в России тянется примерно с 2012 года – тогда как раз вышел закон о некоммерческих организациях (НКО). Все российские организации, деятельность которых связана с политикой, и которые получают финансирование из-за рубежа, получили требование зарегистрироваться как иностранный агент в Министерстве юстиции, и указывать этот свой статус во всех своих публикациях в СМИ и в интернете.

Дальше – больше. В 2017 году в законодательстве появилось понятие СМИ-иноагента – это буквально любое иностранное СМИ, которое получает финансирование от иностранных органов или граждан. Сейчас иностранными агентами считаются «Радио Свобода» и его параллельные проекты, телеканал «Настоящее время» и «Медуза».

Но уже с 2018 года в законодательстве появляются физические лица – иностранные агенты. К ним причислили всех, кто распространяет сообщения или материалы СМИ-иноагента или создает такие материалы, и при этом получает финансирование из-за границы.

Кто туда входит

Формально стать физлицом-иноагентом достаточно просто – для этого нужно всего лишь сделать репост записи одного из СМИ-иноагентов, получив при этом любой перевод на любую сумму из-за границы. Известны случаи, когда получатель перевода отказывался его принять и отправлял обратно – но от статуса иноагента это не спасало.

Самое главное – решение о признании НКО, СМИ или физлица иностранным агентом принимает не суд, а Министерство юстиции, причем даже не раскрывая причин принятия такого решения. Сейчас в реестре 75 НКО-иноагентов (например, профсоюз «Альянс врачей», «Фонд защиты прав граждан»), 19 СМИ-иноагентов («Медуза», «Сибирь.Реалии», «Север.Реалии», и т.д.) и известно как минимум о 5 физлицах-иноагентах.

Среди них – журналисты, которые получали гонорары от СМИ-иноагента (например, Денис Камалягин, Сергей Маркелов и Людмила Савицкая).

Какие ограничения для них существуют

Для иностранных агентов нет ограничений на снятие средств со счета, но есть другие. Так, СМИ-иноагенты обязаны сопровождать каждый свой материал на любой платформе абзацем текста, сообщающим, что они – иностранные агенты. То же касается и физлиц – например, при публикации материала от такого автора издание обязано сообщать, что он признан иностранным агентом.

Кроме того, НКО и физлица обязаны предоставлять объемные отчеты в Министерство юстиции каждый квартал. Как рассказали сами журналисты, объем такого отчета – более 80 страниц, причем там нужно подробно расписать все траты до каждой конкретной покупки.

Есть ограничения на политическую деятельность – физлица-иноагенты обязаны указывать свой статус во всех агитационных материалах.

Но главные потери – имиджевые. После признания СМИ-иноагентом «Медуза» потеряла почти всех рекламодателей и вынуждена существовать на пожертвования читателей.

Нежелательные организации

В чем подозреваются

Нежелательные организации – самая жесткая ступень в градации организаций, деятельность которых по каким-то причинам не нравится государству. Нежелательной становится организация, деятельность которой Генеральная прокуратура признает угрожающей для основ конституционного строя страны, обороноспособности и безопасности государства.

Закон о нежелательных организациях заработал с 2015 года, но до сих пор до конца неясны критерии, которыми руководствуется прокуратура. Ведомство может признать нежелательной любую иностранную или международную организацию – без суда, но с правом обжаловать это решение в суде. Конкретных причин для внесения организации в число нежелательных до сих пор нет.

Кто туда входит

Это решает генеральный прокурор и его заместители, основываясь на данных правоохранительных органов. Решение о признании организации нежелательной нужно также согласовать с МИДом.

Формально российские государственные органы не могут закрыть иностранную или международную организацию – поэтому они запрещают деятельность ее подразделений в России. Как только организация попадает в перечень нежелательных, она должна прекратить деятельность на территории России.

Всего на данный момент в списке на сайте Министерства юстиции находится 31 организация, деятельность которых в России признана нежелательной. Среди них – «Открытая Россия», Фонд Открытое общество, «Национальный фонд в поддержку демократии», американский «Институт современной России», румынский Черноморский фонд регионального сотрудничества, канадский «Всемирный конгресс украинцев» и некоторые другие организации.

Какие ограничения для них существуют

В данном случае говорить об ограничениях как таковых не приходится – нежелательная организация, получив такой статус, обязана немедленно прекратить свою деятельность в России. После этого она никак не сможет действовать на территории России – ни официально, ни неофициально.

За сотрудничество с нежелательной организацией гражданам грозит штраф до 15 000 рублей, а организациям – до 100 000 рублей. Если же сотрудничество становится неоднократным, можно получить штраф в 500 000 рублей и от 2 до 6 лет тюрьмы. А иностранцам, которые работают на такую организацию, могут запретить въезд в Россию.

Сейчас, кстати, ответственность хотят ужесточить – если поправки примут, то после первого административного правонарушения, вместо второго будет полагаться уже уголовная ответственность, а рядовым участникам и организаторам таких организаций будут грозить разные сроки. По первому делу об участии в нежелательной организации активистка «Открытой России» Анастасия Шевченко получила 4 года условно, хотя обвинение просило для нее 5 лет колонии. Других участников приговорили к обязательным работам.