Почему по факту вакансий много, а граждане всё твердят, что не могут найти работу?

Росстат недавно насчитал в России порядка 1,7 миллионов свободных вакансий, а уровень безработицы опустился до рекордно низких 4,6%. Но почему тогда найти работу так сложно, а реальные доходы населения до сих пор не растут? Мы собрали официальные данные и расспросили экспертов.

Что происходит на рынке труда сейчас

Состояние рынка труда является отражением состояния экономики, чем более благоприятные ожидания у бизнеса и инвесторов, тем больше в стране создается рабочих мест.

Вместе с тем, не стоит забывать о базовом экономическом законе – уровни безработицы и инфляции обратно пропорциональны. Другими словами, сложно удержать одновременно низкую инфляцию и безработицу. Однако это сейчас происходит в России.

Так, инфляция в 2018 году составила менее 4%, примерно похожие цифры ожидаются и в 2019-м. Одновременно безработица установила исторический минимум, сократившись до 4,8% по итогам прошлого года:

Кстати, в 2019 году безработица продолжала снижаться в первые полгода, после чего снова виден некоторый рост.

Однако экономику нельзя обмануть – хоть безработица и оценивается менее чем в 5% от экономически активного населения, в действительности имеют место различные формы скрытой безработицы. Например, такие:

  • человек работает, но не по специальности;
  • квалифицированный специалист работает на должности, которая не требует квалификации;
  • человек формально числится работающим, но по факту не работает, и т.д.

Соответственно, даже при формальном уровне занятости в 95% (реально он ниже) достаточно большое количество россиян недовольны своей работой и продолжают искать более интересное место.

Кроме того, в России имеет место сильный территориальный перекос в занятости – есть регионы, где безработных практически нет (не считая так называемый «естественный» уровень безработицы), а есть такие, где без работы остается каждый четвертый:

Цифры на обоих графиках показывают исключительно процент тех, кто не имеет работы, но готов к ней приступить. Но это не единственный показатель – недавно Росстат провел оценку напряженности ситуации с трудоустройством в регионах России за третий квартал.

Оказалось, что самая неблагополучная ситуация в сфере занятости – снова на Северном Кавказе (РСО-Алания, Карачаево-Черкессия, Дагестан), а еще в Туве.

Лучше всего дела обстоят в Ямало-Ненецком автономном округе – который при этом по уровню занятости лишь третий в России.

А еще есть интересная тенденция: при уровне безработицы в 4,4%, Росстат насчитал за III квартал 2019 года уровень занятости в 59,7%. Это значит, что 35,9% от трудовых ресурсов не имеют работы, и не хотят (или не могут) ее искать. Конечно, часть из них – это студенты, плюс инвалиды, но какая-то часть приходится на предпенсионеров и пенсионеров до 72 лет.

Некоторые эксперты отмечают, что особенность регионов с высокой безработицей в том, что достаточно большая доля рабочих мест в них – это бюджетный сектор. Там нет серьезной промышленности (как на Северном Кавказе), а рождаемость высокая. Итог – в регионе нет работы.

Самые же успешные регионы – ХМАО, ЯНАО и Чукотский автономный округ – изначально имеют небольшую численность населения, которая складывается из коренных малочисленных народов, а также из вахтовых рабочих. Поэтому о высокой безработице там говорить не приходится.

Откуда в России рекордное число вакансий?

Уровень безработицы в России в октябре 2019 года (последние данные Росстата) составил 4,6%. Это неплохой результат по меркам постсоветских стран, но в мире есть около 100 стран с еще более низкой безработицей.

Однако недавно появились новые данные – в России оказалось рекордное (как минимум с 2016 года) количество открытых вакансий. Эта информация формируется Росстатом на основании данных о требуемых работниках, которые регулярно подают работодатели.

Официально «численность требуемых работников на вакантные рабочие места» составила более 1,7 миллиона человек. Эта цифра растет постоянно, больше всего свободных вакансий в Москве, Московской области и Санкт-Петербурге.

Информацию о росте числа вакансий подтверждают и в профильных интернет-сервисах по поиску работы – HeadHunter и «Работа.ру». Тем не менее, по данным HeadHunter, на каждую вакансию приходится целых 6 резюме соискателей. Есть и дефицитные отрасли, где это соотношение меньше:

  • консультирование;
  • рабочий персонал;
  • страхование;
  • медицина и фармацевтика;
  • автомобильный бизнес;
  • информационные технологии.

В этих отраслях на каждую вакансию претендуют трое или менее соискателей.

В теории увеличение спроса на рабочую силу должно стимулировать рост заработных плат. Однако пока этого не происходит, говорит Надежда Седова, профессор РЭУ им. Плеханова. По ее словам, хоть вакансий и становится больше, это преимущественно низкооплачиваемая работа:

На рынке действительно много открытых вакансий, но следует отметить, что предложения зарплат по большинству вакансий находится на уровне МРОТ или выше на 10-15%.

Действительно ощущается недостаток квалифицированных сотрудников по инженерным специальностям и размер оплаты труда по ним равен примерно средней по региону (+10-30%), в зависимости от квалификации и стажа.

Оплата труда не падает, однако и не растёт, особенно это ощущается в бюджетной сфере, ведь известно, что в ряде регионов, чтобы достигнуть целей по майским указам, власти уменьшили размер ставки (формально), оставив при этом тот же объем работ и оплату труда.

В 2020 году ситуация примерно останется на том же уровне, так как ожидать прироста экономики не стоит и, следовательно, рынок труда останется на том же уровне.

Надежда Седова, профессор кафедры национальной и региональной экономики РЭУ им. Г.В. Плеханова

Проблема кроется еще и в том, что рынок труда в России крайне неоднородный – есть извечный дефицит сотрудников по одним специальностям и избыток по другим. Та же ситуация с квалификацией и территориальным аспектом занятости (квалифицированные люди нужны там, где их нет).

Поэтому проблемы российского рынка труда гораздо глубже и не исчерпываются лишь количеством вакансий и размером оплаты труда по ним.

Все дело – в квалификации

Каждый год российские университеты выпускают тысячи юристов и экономистов, которые вскоре пополняют ряды безработных или вынуждены идти на любую работу, даже не по специальности.

Не облегчают проблему и завышенные требования работодателей, считает эксперт в сфере дополнительного образования Александр Альхов. По его мнению, многие соискатели попросту не соответствуют требованиям работодателей по части квалификации:

На данный момент на рынке труда в России существует дефицит высококвалифицированных кадров. Одновременно с этим наблюдается и высокий уровень безработицы в ряде узких отраслей и в регионах.

При этом, если отследить количество рабочих мест и активного населения с позиции трудовой занятости, становится понятно, что численность экономически активного населения в России превышает численность вакантных должностей. То есть, существует достаточно высокий спрос на рабочие места и этот спрос превышает предложение. Разница в 100 000 существует уже много лет, и тенденция на небольшой рост с той же разницей сохраняется.

Это подтверждают данные о количестве вакансий только на одном из крупнейших порталов для поиска работы: их численность доходит до 700 000, в то время как количество соискателей доходит до 800 000.

В то время, как работодатели выдвигают достаточно высокие требования к будущим работникам в интеллектуальных отраслях, большинство соискателей этим требованиям не в состоянии соответствовать. При этом низкоинтеллектуальные профессии предлагают низкий уровень заработной платы, что не привлекает работника.

В этой ситуации соискатели не хотят или не могут получить полноценную квалификацию, а работодатель не считает нужным вкладываться в корпоративное обучение, поскольку боится, что работник вскоре уйдет или попросит прибавки.

Александр Альхов, основатель сервиса по выбору курсов дополнительного образования CourseBurg.

В результате, считает эксперт, многие пытаются получить нужную квалификацию с помощью курсов дополнительного образования. Кому-то это удается, а кто-то выбирает сомнительные программы (часто в режиме онлайн), которые не оправдывают потраченные на них деньги и время.

Количество вакансий вообще имеет опосредованное отношение к реальной ситуации на рынке труда, считает «айтишник» Дмитрий Суслопаров, это лишь результат работы рекрутеров. Проблема более серьезная, по его словам, в России 34 миллиона человек угодили в «квалификационную яму» – когда нельзя устроиться на работу, не имея опыта работы:

Основная причина – пресловутая «квалификационная яма», в которую по оценкам BCG и WorldSkills попало 34 миллиона человек, то есть примерно 40% трудоспособного населения нашей страны. Причем такая проблема есть во всем мире, и в развитых странах бывает даже хуже. Как ни крути, обучение персонала – дело дорогое и не благодарное, поскольку велик риск оказаться кузницей кадров для кого-то другого. Но сможет ли безработный учиться самостоятельно, и где гарантия, что полученные знания будут действительно востребованы? И как быть со строчкой «требуется опыт работы столько-то лет»? В результате большинство соискателей оказываются пригодными только в курьеры или расклейщики объявлений.

С другой стороны, факт публикации вакансии вовсе не означает реального желания расширить или доукомплектовать штат. Скорее всего, там уже кто-то работает, но, если жалуется на повышенную нагрузку, ему показывают открытую заявку. И невозможно уличить HR-менеджера в том, что он намеренно отказывает претендентам ради экономии фонда заработной платы.

Иными словами, объем базы вакансий – не показатель реальной потребности, а результат работы рекрутера. Разумеется, если кто-то сможет тянуть лямку лучше и дешевле, на работу его возьмут. Вот вдруг на рынке труда возникнет кто-то молодой, да с квалификацией и опытом? Можно ли допустить, чтобы такое счастье досталось кому-то другому? Заявка пить-есть не просит, пусть болтается хоть сто лет, благо, ее можно периодически обновлять, всегда будет выглядеть, как свежая.

Надо заметить, «вечные вакансии» – новый тренд, провоцирующий рост общего числа объявлений. В основном, это связано с возросшей текучкой кадров во многих сферах. Вместо того, чтобы в список требований к кандидатам честно указать такие пункты как «готовность к повышенной нагрузке», «согласие на постоянные сверхурочные задания», работодатель предпочитает постоянно держать открытой одну и ту же вакансию, периодически ее обновляя.

Дмитрий Суслопаров, IT-специалист

Получается, что на рынке труда образуется разрыв между квалификацией, которую требуют работодатели, и теми способностями, которыми обладают соискатели.

В результате на сайтах по поиску работы регистрируется множество соискателей, а работодатель по-прежнему ищет своего «идеального работника».

Несоответствие между запросами работодателей и способностями работников становится все более заметным с течением времени. Рынок труда больше не может себе позволить «переоцененных» специалистов, которых теперь заменяют на более «дешевых», говорит директор по персоналу Инна Горбушина.

По ее словам, современный рынок труда стремительно меняется, и в нынешних реалиях найти свое место становится все труднее:

Автоматизация внутри компаний вынуждает убирать должности, сопровождающие основные бизнес-процессы. Ярким примером таких изменений служит, например, банковская сфера, где виртуальные помощники вытесняют живых операционистов.

Демографическая яма 90-х и выход на рынок поколения 2000-х диктует свои требования работодателю. Молодые кандидаты смело предъявляют требования к компаниям и в случае несоответствия «идеальной картинки» оперативно меняют компанию в поисках лучших условий.

Ряд должностей, с профессиональными компетенциями в IT, digital маркетинге, управлении ассортиментом, находятся в выигрышной позиции, хороших специалистов мало, их «перекупают», они востребованы. Специалисты, не «прокачивающие» свои компетенции в смежных проектах и сферах, становятся менее востребованными. Все чаще на входных интервью в компаниях задаётся вопрос о глубине практического опыта и реальных кейсах кандидата.

Все менее актуальным становится опыт «старше» десяти лет. Мир стремительно меняется и, если ты не ускоряешь темп, ты оказываешься за бортом.

Часто говорят о количестве вакансий, забывая об их качестве. Найти работу на условные 50 000 рублей в Санкт-Петербурге можно в короткие сроки, а за зарплатой от 100 000 рублей и выше можно «охотиться» полгода и более. Поэтому все чаще кандидаты ищут новую работу, ещё не покинув предыдущую.

Инна Горбушина, директор по персоналу

Страна меняется, а вместе с ней и рынок труда: если еще недавно владение английским языком на уровне B1 делало кандидата востребованным, то сейчас это уже стандартное дополнение к другим компетенциям (и если их нет, кандидат становится менее востребованным), считает Горбушина.

Стоит отметить, что концепция непрерывного обучения уже достаточно давно обосновалась в западной практике, но в российских реалиях повышение квалификации до недавнего времени оставалось не более, чем формальностью.

Теперь же важность обучения современным компетенциям понимают и власти – например, с начала 2019 года были открыты специальные программы по профессиональной переподготовке людей предпенсионного возраста.

Чего ждать дальше?

Официальные прогнозы

Занятость наряду с производительностью труда является приоритетом для правительства. Подтверждение тому – с конца 2018 года реализуется соответствующий национальный проект. В нем нет целевых ориентиров по безработице, но есть планы по повышению производительности труда в несырьевых отраслях, а также по обучению руководителей, созданию центров компетенций и стажировкам за рубежом.

Что же касается уровня безработицы, в Минтруде считают, что он останется на прежнем уровне. Стоит отметить, что существуют 2 разных показателя безработицы:

  • уровень регистрируемой безработицы – доля тех, кто состоит на учете в центрах занятости в общей численности трудовых ресурсов;
  • уровень безработицы по методологии МОТ (Международной организации труда) – она оценивается по особым правилам через опросы.

Уровень регистрируемой безработицы составляет около 0,9%, и в Минтруде оперируют именно этой цифрой. Безработицу по МОТ Росстат оценил в 4,6%, и касательно ее официальных прогнозов не было.

Однако статистику Минтруду могут подпортить предпенсионеры. Недавно на сайте ведомства появился прогноз численности безработных россиян предпенсионного возраста – на 2020 год Минтруд прогнозировал рост их числа на 60%. Однако затем прогноз был удален с сайта, и было ли это официальной позицией ведомства – неизвестно.

В остальном изменений нет, даже предельные размеры пособий по безработице на 2020 год остаются неизменными (от 1500 до 8000 рублей, предпенсионерам до 11 280 рублей).

Неофициальные прогнозы

Если Минтруд говорит о стабильном рынке труда, то по неофициальным оценкам он останется стабильно стагнирующим. Разные оценки указывают на такие тенденции:

  • реальные доходы населения не растут уже несколько лет, и причин для роста у них пока нет;
  • каждая 10-я компания намерена сокращать персонал в 2020 году;
  • на рынок начнет выходить поколение рожденных в 1990-х годах, и оно самое малочисленное – квалифицированных кадров будет все так же не хватать.

В современных условиях многие предпочитают работать на государство – не только в здравоохранении или образовании, но и в силовых органах. Тогда как кадровый дефицит в корпоративном секторе будет усиливаться, считает Александр Альхов:

Вероятнее всего, ситуация на рынке труда в 2020 году будет следовать имеющейся тенденции. Можно прогнозировать дальнейший рост количества работников в здравоохранении и гос. управлении и обеспечении военной безопасности. Корпоративный сектор рынка труда в дальнейшем будет испытывать еще более острую нехватку квалифицированных кадров и положение работодателей будет усугубляться.

Александр Альхов, основатель сервиса по выбору курсов дополнительного образования

Нашлось место и куда более суровым прогнозам. Дмитрий Суслопаров утверждает, что в фокусе работодателей будут молодые работники до 30 лет, имеющие хотя бы минимальный опыт работы, тогда как работники от 40 лет будут «эксплуатироваться», а предпенсионеров никто так и не будет брать на работу:

Что будет на рынке труда в 2020 году?

  • количество работодателей изменится незначительно, требования к кандидатам снижены не будут, а уровень предлагаемых зарплат будет еще глубже засекречен;
  • безработные предпенсионеры так и останутся безработными;
  • работники в возрасте от 40 лет будут подвергнуты жестокой эксплуатации, но все останутся на своих местах, вплоть до летального исхода;
  • кандидаты от 20 до 30 лет все поголовно будут трудоустроены, хотя далеко не все получат хорошие зарплаты;
  • работники от 26 до 30 лет и опытом от двух лет станут объектом особо жестокой конкуренции работодателей.

Надо хорошо понимать, что мы сейчас попали не только в квалификационную, но и в демографическую яму. Идеальный кандидат, человек в возрасте от 20 до 30 лет – это тот, кто родился, а точнее, не родился в период с 1990 по 2000 годы.

Как программист, в те годы я принимал участие в расчетах демографического прогноза по Свердловской области, и держал в руках реальные проверенные цифры. По ситуации на тот период, для того чтобы не было естественной убыли населения, коэффициент рождаемости должен был быть примерно 2,2, а по факту получался 1,0-1,1.

Это значит, что не менее 50% молодых людей сейчас попросту отсутствуют, их нету, а взять не откуда. Не думаю, чтобы в других регионах ситуация была лучше. А посему, готовьтесь к переходу на самообслуживание.

Дмитрий Суслопаров, IT-специалист

Одно можно сказать точно: специалисты в сфере высоких технологий не останутся без работы еще долго. Если следовать трендам, особенно востребованными будут специалисты по искусственному интеллекту, машинному обучению, нейросетям и другим современным направлениям IT.