Геополитический треугольник Россия – Индия – Китай: есть ли смысл в таком союзе?

Давно озвученная идея политического и военного сотрудничества в рамках России, Китая и Индии получает новую жизнь в современных реалиях. Но смогут ли союзники по блоку БРИКС наладить более тесное сотрудничество? И есть ли в этом союзе место для других стран?

Идея Примакова получает новую жизнь

Идея геополитического треугольника Россия-Индия-Китай, выдвинутая в 1990-е гг. одним из самых авторитетных государственных и политических деятелей современной России Е.М. Примаковым, отражала стремление восстановить международный баланс сил между великими державами, радикально пошатнувшийся после распада СССР.

В ответ на заявления западных экспертов и политиков о «конце истории» и исторической победе коллективного Запада над странами бывшего социалистического блока Россия стремилась переосмыслить свое новое положение в системе международных отношений и сформулировать стратегический ответ на перманентное продвижение Запада как на постсоветском пространстве, так и в мире в целом.

И несмотря на то, что идея геополитического треугольника не была и вряд ли могла быть реализована на практике в полной мере в качестве альтернативного центра коллективной силы, она ознаменовала собой поиск новых конфигураций международной структуры силы, в которой Россия могла бы заявить о своих национальных интересах и иметь возможность их отстаивать.

Всех объединяет Евразия

Говоря о возможном стратегическом союзе России, Индии и Китая, следует отметить, что военно-политические интересы каждого из трех государств сосредоточены в различных регионах мира, объединенных во многом только географией евразийского пространства. Даже несмотря на наличие глобальных мирохозяйственных связей и переплетение экономических интересов трех стран, их экономическая или военно-политическая интеграция наталкивается на целый ряд проблем, начиная с территориальных споров между Китаем и Индией и заканчивая различным подходом к организации политической и культурной жизни. Более того, Россия фокусирует свое внешнеполитическое внимание преимущественно на европейском направлении, Индия – на южно-азиатском направлении, Китай – на юго-восточно-азиатском направлении.

В результате, у трех стран не выработан образ общего геополитического и геоэкономического будущего, нет даже основ общего рынка, слабо развита взаимная торговля и промышленная кооперация, политические элиты каждой из трех стран видят себя как минимум региональными державами, каждая из которых готова конкурировать с другой за евразийское срединное пространство (ситуацию не меняет даже строительство Китаем трансевразийских транспортных коридоров в рамках проекта «Один пояс и один путь», лишь частично учитывающих интересы Индии и России).

Сотрудничество стран треугольника Россия-Индия-Китай в рамках БРИКС не может претендовать на формат союзнических отношений, так как оно не затрагивает военно-стратегическую сферу, не может рассматриваться как антипод НАТО, а также не снимает исторических противоречий между Индией и Китаем.

Треугольник плюс союзники?

Что касается такого союзника России как Беларусь, то и здесь следует избегать иллюзий и трезво оценивать его реальную значимость для России и приверженность делу союзной интеграции, которая не может декларироваться вечно без поэтапного и ощутимого продвижения.

Беларусь Александра Лукашенко формально выступает единственным союзником России на постсоветском пространстве, вес которого в немалой степени политизирован, однако после подавления протестных акций в Беларуси в 2020 году российско-белорусское союзничество может трансформироваться в зависимости от хода дальнейших внутрибелорусских процессов: с одной стороны, может произойти форсирование интеграционных процессов и Россия объединится с Беларусью в настоящее союзное государство, с другой стороны, усиление белорусской оппозиции или даже уход Лукашенко с поста президента могут привести к ухудшению двусторонних отношений.

Куда более перспективным представляется выстраивание союзнических отношений в рамках ЕАЭС и ОДКБ, усиление которых могло бы стать прообразом нового союза постсоветских стран и народов, чему бы в немалой степени способствовала их культурно-историческая, военно-политическая и экономико-социальная взаимосвязь.

Как всегда, Запад против

В этой связи, можно сказать, что у России нет вечных и неизменных союзников, но есть коренные интересы, неразрывно связанные с ее геополитическим и геоэкономическим положением. Так, начиная с эпохи Ивана III-Ивана IV, когда российское государство формировалась на базе укрепления и укрупнения Московского государства, и до наших дней, ключевой внешнеполитический вызов в отношении России всегда был связан с экспансией одной из западных держав (Польши, Швеции, Франции, Германии, США).

В результате сама логика построения исторической России была направлена на мобилизацию всех усилий на защиту от давления Запада, несущего в себе экзистенциальную угрозу российскому государству и его самобытной культуре (в отличие от экспансии в 13-14 вв. Монгольской империи, не посягавшей на культурные коды княжеств Киевской Руси).

На современном этапе выражением экспансии Запада стал процесс расширения блока НАТО, повсеместная экспансия которого привела к закономерному укреплению Россией своего военного потенциала и стремлению найти новый формат сотрудничества с крупнейшими развивающимися странами мира, выступающими в качестве противовеса однополярной модели мирового порядка и мировой экономики Запада.

Получится ли выстроить новую конфигурацию международной структуры силы на базе стратегического треугольника Россия-Индия-Китай или нет – покажет время, но уже сейчас совокупный ВВП России, Индии и Китая превосходит совокупное ВВП стран Большой семерки, а по военным расходам – составляет половину от их расходов, не говоря уже о достигнутом паритете в области ядерных вооружений и трехкратном демографическом перевесе.